Российский Нострадамус Валентин Мошков

Геннадий АЙПЛАТОВ

Источник: http://nostradamu.narod.ru/pa3noe/Moshkov.html

Имя генерала Валентина Александровича Мошкова, действительного члена Русского Географического общества, координатора Общества археологии, истории и этнографии при императорском Казанском университете, не вошло в современные энциклопедические словари и справочники, хотя он оставил немалое творческое наследие, известное лишь узкому кругу местных краеведов и этнографов.

Назовем наиболее значительные труды Мошкова, изданные в разное время: "Материалы по изучению гагаузского наречия тюркского языка", "Скифы и их соплеменники фракийцы". "Пермяцко-карельские параллели", "Материалы для характеристики музыкального творчества инородцев Волго-Камского края", "Гагаузы Бендерского уезда", "Этнографические очерки и материалы", "Черемисская секта "Кугу сорта", "Город Царевококшайск"... Последняя работа, особо известная среди краеведов, - приложение к журналу "Нива" (январь - апрель 1901 г.), представляет собой этнографический путевой очерк. Возможно, многие читатели знакомы с фрагментами этой работы В. А. Мошкова, опубликованными в 1970 году в книге "Живой камень. Русские писатели о Марийском крае", а также в NN 14-16 журнала "Ориентир" за 1991 год. В наше время это, пожалуй, единственные публикации В. А. Мошкова. Особое место в научном наследии Мошкова занимает изданное в 1907-1910 годах в Варшаве двухтомное фундаментальное исследование "Новая теория происхождения человека и его вырождения, составленная по данным зоологии, геологии, археологии, антропологии, этнографии, истории и статистики" (Т. 1. Происхождение человека. Варшава. 1907: Т. 2. Механика вырождений. 1912 год - начало "железного века". Варшава, 1910).

Это исследование - настоящая книга судеб нашего отечества, ибо в ней Мошков - "Российский Нострадамус" предрек основной ход российской истории до 2062 года...

"Говорят, что порядок в стране зависит от личности монарха, но мы знаем примеры, когда при государях слабоумных в стране был порядок и, наоборот, при талантливых и энергичных - порядка не было".

Почему? Попыткой ответить на этот вопрос стали исследования генерала Валентина Мошкова, опубликованные в начале нашего века.

ИСТОРИЧЕСКИЕ ЦИКЛЫ

В своем историческом развитии государство и народы великие и малые совершают "непрерывный ряд оборотов", которые В. Мошков называл "историческими циклами"; продолжительность каждого из них для всех народов без исключения составляет ровно 400 лет. "Получается такое впечатление, - пишет Мошков, - что через каждые 400 лет своей истории народ возвращается к тому же, с чего начал. Цикл - это год истории. Четыре века цикла В. А. Мошков, следуя древнеевропейским, древнегреческим и другим традициям, называет соответственно золотым, серебряным, медным и железным.

Каждый цикл делится на две равные половины - по 200 лет каждая: первая - восходящая (в ней преобладает "прогонизм" - стремление к "высшему типу"), вторая - нисходящая ("атавистическая"). В первой половине цикла "государство растет и крепнет и ровно в конце 200 года достигает максимума своего благополучия, а потому этот год можно назвать "вершиной подъема", а во второй половине "оно клонится к упадку, пока не достигнет в конце цикла вершины упадка. Затем начинается первая восходящая половина нового четырехвекового цикла".

Каждая из половин цикла, состоящая из 200 лет, в свою очередь, делится на два века, отличающихся "своим характером", а каждый век - на два полувека (50 лет).

Первая половина каждого века означает упадок, а вторая - подъем, за исключением последнего (четвертого) века, представляющего "сплошной упадок". Словом, по схеме Мошкова, во всем историческом цикле подъемы и упадки не продолжаются более пятидесяти лет.

Границы между циклами, веками и полувеками в большинстве случаев "ознаменованы событиями, характер которых резко отличается от предыдущего направления государственной жизни, что позволяет определять в истории каждого государства даты начала и окончания его цикла".

Следует иметь в виду, что в подъемах и упадках, по мнению Мошкова, разные слои населения участвуют поразному: "чем выше стоит в государстве какое-нибудь сословие, тем раньше наступает его подъем или упадок... В каждом государстве можно явственно различать правящее меньшинство или интеллигенцию (городское население) и управляемое большинство - крестьянское или сельское сословие, которое опаздывает против первого приблизительно на 115 лет.

...Что касается смены железного века одного цикла золотым веком другого, В. Мошков считает, что упадок не вечен, что он своим окончанием даст начало новому подъему.

АНАТОМИЯ УПАДКА

"Его сущность состоит в постепенном ослаблении всех уз, связывающих между собой членов государства, и в стремлении его разложиться на составные элементы", - считает В. Мошков. С наступлением упадка в государстве все связи ослабевают, начиная с высших. Прежде всего исчезает любовь к правительству, за нею - любовь к родине, потом к своим соплеменникам и, наконец, исчезает даже привязанность к членам своей семьи. Такова философия упадка.

Мошков не останавливается на этом. Он идет дальше.

"В порядке постепенности беззаветная любовь к правительству сменяется любовью или привязанностью к личности правителя. Эта последняя уступает свое место полному равнодушию. Далее следует уже ненависть сначала к личному составу правительства, а потом к правительству вообще, соединенная с непреодолимым желанием его уничтожить. Когда упадок бывает очень силен, это чувство достигает своего высшего напряжения, и тогда редкий государь умирает собственной смертью, все равно - хорош ли он или нехорош, виновен в чем-нибудь или нет. Ненависть в этом случае также дело инстинкта, а не разума, как любовь во время подъема".

Далее В. Мошков подробно характеризует поведение правительства, сословно-представительных органов, народных масс в период упадка, в начале которого, как утверждает В. Мошков, "основными средствами борьбы объективно являются съезды и сеймы, дебаты и драки", а в конце его "бунты, революции и бесконечные междоусобные войны, сопровождающиеся разорением страны и избиением ее жителей".

Чувство патриотизма у народа в это время постепенно исчезает. "Сначала широкий патриотизм, соединенный с обширной государственной территорией, сменяется более узким, провинциальным или племенным. Государство стремится поделиться на части, которые с течением упадка становятся все мельче и мельче. В это время измена царит во всех ее видах. Отечество продается и оптом, и в розницу, лишь бы нашлись для него покупатели... Прежние любовь и симпатия между соплеменниками заменяются ненавистью и всеобщей нетерпимостью. Кто может, разбегается тогда во все стороны, а остающиеся занимаются взаимоистреблением, которое принимает форму междоусобий и драк всякого рода, сопровождающихся уничтожением имущества противников, грабежом, насилованием женщин, поджогами. Борьба ведется между городами, селами, разными слоями общества и национальностями, партиями - политическими, династическими или религиозными". Деградируют культура, искусство.

Об этом В. Мошков пишет: "Изучение наук сводится к бессмысленному зазубриванию мудрости прежних времен и к погоне за дипломами, дающими преимущества в борьбе за существование... В литературную область врываются в качестве чего-то нового декадентщина и порнография. Охота к чтению исчезает. Ученики испытывают чувство глубочайшего отвращения к своим учителям, как к инквизиторам - виновникам своего мозгового страдания... У многих погоня за наслаждениями становится единственной целью жизни. Люди делаются падки на всякого рода игры, в особенности азартные, предаются пьянству, употреблению всевозможных наркотиков, кутежу и разврату... Честность у людей исчезает, ложь и обман становятся добродетелями. Имущество ближних возбуждает, кроме зависти, желание отнять его во что бы то ни стало, каким бы то ни было способом. Пускаются в ход вымогательство, шантаж, мошенничество, воровство и, наконец, просто грабеж... Одиночные шайки разбойников обращаются в отряды и армии, которые рыщут по стране в поисках за добычей и никому не дают пощады, ни перед каким преступлением не останавливаются... Офицеры теряют чувство чести, энергию и уважение солдат"... Думаю, что эти извлечения из книги В. Мошкова (а их можно было бы продолжить) с беспощадностью раскрывают анатомию упадка.

В ЧЕМ СОСТОИТ "ПОДЪЕМ"?

Когда упадок достигает своего апогея, появляются первые признаки подъема. В чем состоит подъем?

Вновь цитирую В. А. Мошкова: "Вражда между людьми исчезает и заменяется согласием, любовью, дружбой и уважением. Партии уже не имеют никакого смысла и потому прекращают свое существование. Междоусобия, бунты, восстания и революции отходят в область преданий, так как человек подъема миролюбив и не стремится к власти... Чужое имущество начинает пользоваться таким же уважением, как и его хозяин... Начинают процветать земледелие, скотоводство, промышленность, торговля... В науке народ спешит догнать своих цивилизованных соседей, от которых сильно отставал во время упадка... Человек держится веры своих отцов, видя в ней знамя своей национальности. Злоупотребления власти прекращаются. Чиновники делаются честными. Дети в это время любят и высоко ценят своих родителей. Армия реформируется и приобретает неоценимые качества. Граждане страны связаны между собой общим патриотизмом, безграничной, безотчетной и инстинктивной любовью к общей родине. Правительство связывается с народом искренней, но не рассудочной, не выдуманной, не внушенной кем-либо любовью".

В исторических циклах могут быть и эксцессы "ненормативности". В частности, в медном веке аномалии случаются чаще, чем в других веках.

Знакомство с обширной главой "История России, изложенная по циклам" позволяет схематически изобразить концепцию Мошкова следующим образом:

Первый цикл (812-1212).

Золотой век:

первая половина - упадок (812-862),
вторая половина - подъем (862-912);

серебряный век:

первая половина - упадок (912-962),
вторая половина - подъем (962-1012);

медный век:

первая половина - упадок (1012-1062),
вторая половина - подъем (1062-1112);

железный век:

первая половина - упадок (1112-1162),
вторая половина - упадок (1162-1212).

Второй цикл (1212-1612).

Золотой век:

первая половина - упадок (1212-1262),
вторая половина - подъем (1262-1312);

серебряный век:

первая половина - упадок (1312-1362),
вторая половина - подъем (1362-1412);

медный век:

первая половина - упадок (1412-1462),
вторая половина - подъем (1462-1512);

железный век:

первая половина - упадок (1512-1562),
вторая половина - упадок (1562-1612).

Третий цикл (1612-2012).

Золотой век:

первая половина - упадок (1612-1662),
вторая половина - подъем (1662-1712);

серебряный век:

первая половина - упадок (1712-1762),
вторая половина - подъем (1762-1812);

медный век:

первая половина - упадок (1812-1862),
вторая половина - подъем (1862-1912);

железный век:

первая половина - упадок (1912-1962),
вторая половина - упадок (1962-2012).

Такова схема русской истории в интерпретации Валентина Мошкова.

Заключительные страницы книги приводятся дословно с тем, чтобы читатель мог сам порассуждать, в чем был прав или не прав Валентин Мошков - "Нострадамус начала нашего века".

Обладал ли и в какой мере провидческим даром Мошков, взявший на себя труд предсказывать события нашего бурного и смутного XX века в преддверии нового тысячелетия?

ЧТО ВЕК ГРЯДУЩИЙ НАМ ГОТОВИТ

Последний раздел книги Мошкова назван так: "Наступающий железный век. Упадок (1912-2012)". Предоставим вновь слово самому автору:

"Через два года, то есть в 1912 году, мы вступаем в железный век, а наше простонародье будет доживать свой серебряный век до 1927 года. В чем выразится такая перемена... Читателям остается только наблюдать действительность и сверять с нею данные истории.

Для ближайшего к нам времени можно с большой вероятностью предсказать: постоянное вздорожание всех предметов первой необходимости и в особенности съестных припасов, которое будет усиливаться с каждым годом. В результате его последует расстройство финансовой системы и задолженность всех слоев общества, а особенно городских жителей и интеллигенции. Промышленные и торговые учреждения будут банкротиться один за другим и прекращать свою деятельность или переходить в руки иностранцев. В результате таких явлений начнутся голодовки, особенно среди беднейших классов городского населения. Несмотря на помощь со стороны правительства и частную благотворительность, множество народа будет умирать от голода и от тех эпидемий, которые обычно сопровождают голод. Голодная чернь, доведенная до отчаяния не правительством, как у нас теперь думают, и не кем-либо из людей, а роковым процессом вырождения, будет искать мнимых виновников своего несчастия и найдет их в правительственных органах, в состоятельных классах населения и в евреях в западном крае. Начнутся бунты, избиения состоятельных и власть имущих людей и еврейские погромы. Провинции, населенные инородцами, воспользуются этими замешательствами и будут поднимать то здесь, то там знамя восстания, но все эти попытки нарушить целостность государства успеха иметь не будут раньше 1927 года, то есть пока не придет к концу подъем простонародья.

Внешние враги также будут пользоваться нашими внутренними замешательствами и попытаются отобрать от нас часть территории. Может быть, они иногда и будут иметь удачу, но потери наши опять-таки до 1927 года будут незначительны. В войнах наших будут чередоваться победы с поражениями, и результаты их будут нерешительны.

Во всем остальном мы с каждым годом будем склоняться все более и более к упадку, и ничто не остановит этого могучего естественного процесса, невыразимо тяжкого и убийственного для нас и нашего ближайшего поколения. Мы будем продолжать наше падение умственное, нравственное и физическое и беспощадно всеми мерами разрушать наше государство и истреблять друг друга. Во всем этом до 1927 года пальма первенства будет принадлежать интеллигенции и городским классам населения.

Все практикуемые в настоящее время попытки остановить или задержать усиливающийся мрак, невежество, преступность, пьянство, самоубийства, разврат, нищету и прочие естественные признаки упадка будут так же жалки и безуспешны, как попытки африканских дикарей стрельбой из ружей, битьем в заслонки и всяким шумом остановить затмение луны.

В своих неудачах мы будем обвинять друг друга, избивать воображаемых противников прогресса и тем бессознательно исполнять закон природы, требующий беспощадного взаимоистребления.

Но все наши беды будут только постепенным переходом от теперешнего сравнительного благополучия (не забудем, это писалось в 1910 г. - А.Г.) к тем ужасам, которые наступят с 1927 года, когда с вырождением простонародья придет в полную негодность фундамент нашего теперешнего спокойствия, наша армия. На войне она со своим усовершенствованным оружием в руках будет позорно бежать при появлении неприятеля, а в мирное время бунтоваться, требовать себе разных льгот и грабить мирное население.

Самое тяжелое время для нашего государства будет от 1927 до 1977 года (первая половина Медного века у простонародья). В это полустолетие надо ожидать всеобщую нищету, отделение завоеванных провинций, эпидемии, уносящие десятки и сотни жертв, уменьшение населения, революции и междоусобные войны; возможно даже разделение государства на мелкие части. Среди этого непрерывного упадка будут две коротенькие передышки в виде слабых подъемов около 1936 года (26-й год периода) и около 1952 года (40-й год периода).

После 1977 года последует облегчение в финансовом отношении, так как наступит вторая хорошая половина Медного века у простонародья. Денег у правительства и у правящего класса будет много, и тогда-то их охватит настоящий ураган безумной роскоши и мотовства.

Между 2000 годом и 2012-м надо ожидать периода полной анархии, соответственного блаженной памяти "смутному времени", которым и закончится исторический цикл.

Так как вслед за тем наступит Золотой век и его худшая половина, то настоящего подъема при нормальном течении общественной болезни не будет до 2062 года. Но если болезнь примет ненормальное течение, то подъем будет в течение около 15 лет после 1977 года, то есть в 1992 году. Но не дай бог такого несвоевременного подъема, потому что он предвещал бы нам почти сплошной упадок в течение всего последующего цикла, и, следовательно, России угрожала бы судьба древней Римской империи. (Прямой камень в наш огород. - А.Г.)

"Участь, которая предстоит русскому народу в ближайшем будущем, конечно, печальна и при наших современных знаниях совершенно неустранима, а потому лучше бы было совершенно не знать ее. Но, к счастью, вместе с законами исторических циклов для нас открылась истинная причина вырождения и безошибочное средство к его устранению. В наших руках есть верное средство, уже испытанное и указываемое нам самою природою, обратить Железный век в Золотой. Но об этом мы поговорим в отдельной книге, которая последует вскоре за настоящей", - завершает книгу Мошков.

К сожалению, обещанной книги читатели не увидели...

Куда несёт нас рок событий?

Александр Обухов

Источник: http://chudesamag.ru/ochevidnoe-neveroyatnoe/kuda-nesyot-nas-rok-sobyitiy.html

Светлое будущее
Роберт МакКолл (1919—2010 гг.)

К большому сожалению, мало кто знает, что в начале XX века попытался объяснить прошедшие этапы жизни нашей страны и заглянуть за далёкие горизонты удивительный человек – генерал-лейтенант, действительный член Императорского Русского географического общества, коодинатор общества археологии, истории и этнографии при императорском Казанском университете, кавалер орденов Святого Александра Невского, Святого Владимира, Святой Анны, Святого Станислава – Валентин Александрович Мошков.

В послужных списках значился...

Род Мошковых, судя по родословным книгам Костромской, Московской и Пензенской губерний, известен с начала ХVII века. Основатель рода Иван Яковлевич Мошков служил царским степенным ключником, а сын его Пётр Иванович занимал высокую должность гоф-интенданта при Петре Великом. Валентин Александрович, родившийся 25 марта 1852 года, относился к костромской ветви рода. Учёба во второй Петербургской военной гимназии предопределила его будущее. Далее следовала служба в Константиновском училище и перевод в Михайловское артиллерийское, после окончания которого поручика Мошкова прикомандировали к Санкт-Петербургской крепостной артиллерии.

Его увлечение историей и этнографией, вероятнее всего, началось с момента назначения на должность артиллерийского приёмщика на Олонецких горных заводах. Здесь он нашёл своё семейное счастье, женившись на дочери петрозаводского купца Александре Ильиной. Здесь написал свою первую научную работу «Пермяцко-карельские параллели». И куда бы по службе судьба ни бросала пытливого офицера, он всюду занимался исследованиями быта, верований, преданий и обрядов коренных народов. Впечатляет уже одно перечисление его трудов: «Скифы и их соплеменники фракийцы», «Черемисская секта «Кугу сорта», «Гагаузы Бендерского уезда», «Материалы характеристики музыкального творчества инородцев Волго-Камского края». Кстати, Мошков обладал, как отмечали знавшие его, абсолютным музыкальным слухом и великолепно играл на духовых инструментах. Так что его исследования музыкальной культуры татар, марийцев, мордвы, удмуртов и чувашей отнюдь не дилетантские.

В 1892 году Мошкова переводят из Казани в Варшаву. Именно здесь ставший к 1905 году генерал-майором Валентин Александрович создаёт двухтомный труд «Новая теория происхождения человека и его вырождения, составленная по данным зоологии, геологии, археологии, антропологии, этнографии, истории и статистики». Первый том «Происхождение человека» вышел в Варшаве в 1907-м, второй – «Механика вырождений. 1912 год – начало «железного века» – был опубликован в 1910-м.

Судя по названию, Мошков при создании своей системы исторического развития исходил из положений ряда наук, а не «откровений».

Вечная Россия. Илья Глазунов. 1988 г.

Согласно воззрениям автора, все великие и малые государства совершают непрерывный ряд оборотов, которые называются «историческими циклами». Каждый цикл длится четыреста лет. И народ возвращается к тому, с чего начал. Каждый из четырёх веков цикла при этом имеет название: золотой, серебряный, медный и железный. Каждый из веков делится на отрезки по пятьдесят лет, которые отличаются друг от друга своим характером. Первые пятьдесят лет – упадок, вторые – подъём. Исключение – век «железный». В этом веке и первые, и вторые пятьдесят лет характеризуются упадком. Границами между циклами, веками и полувеками, по мнению автора, «являются события, характер которых резко отличается от предыдущего направления государственной жизни, что позволяет определять в истории каждого государства даты начала и окончания его цикла».

Как же соотносил Мошков свою теорию с историей России? За начало первого исторического цикла он взял 812 год – год объединения славянских племён в союз, ставший впоследствии основой древнеславянского государства – Киевской Руси. Это, по Мошкову, первый «золотой век» русской истории. Конечно для того, чтобы проследить соотношение всех циклов с событиями российской истории, необходимо стать современным Нестором и написать не одну «Повесть временных лет». И всё же…

Согласно теории Мошкова, в 1612 году в России начался третий четырёхсотлетний цикл, который закончился в 2012 году. До 1712-го длился «золотой век» (время возрождения страны после Смуты, время правления «тишайшего» Алексея Михайловича и реформатора Петра I); затем «век серебряный» – до 1812-го (время дворцовых переворотов – время упадка; время Екатерины II и молодого Александра I, вплоть до разгрома наполеоновских «двунадесяти языков», – время подъёма). Следующим был «век медный» – до 1912 года (первая половина – «николаевское время», до поражения России в Крымской войне, – упадок; вторая половина – правление Александра II и Александра III – подъём). И вот тут-то наступает «век железный», длившийся до 2012 года. Этому веку автор посвятил отдельный том и выступил уже в роли не комментатора истории, а прорицателя, «футуролога». Как говорится: вот отсюда, пожалуйста, поподробнее…

России век железный

«Через два года, – писал исследователь в 1910 году, – мы вступаем в железный век. Читателю остаётся только наблюдать действительность и сверять с нею данные истории. Для ближайшего к нам времени можно с большой вероятностью предсказать: постоянное вздорожание всех предметов первой необходимости, и в особенности съестных припасов, которое будет усиливаться с каждым годом. В результате его последует расстройство финансовой системы и задолженность всех слоёв общества, а особенно городских жителей и интеллигенции. Промышленные и торговые учреждения будут банкротиться одно за другим и прекращать свою деятельность или переходить в руки иностранцев. В результате таких явлений начнутся голодовки, особенно среди беднейших слоёв городского населения… Голодная чернь, доведённая до отчаяния… будет искать виновников своего несчастья и найдёт их в правительственных органах, в состоятельных классах населения… Начнутся бунты, избиение состоятельных и власть имущих людей… Провинции, населённые инородцами, воспользуются этими замешательствами и будут поднимать то здесь, то там знамя восстаний, но все эти попытки нарушить целостность государства успеха иметь не будут… Внешние враги также будут пользоваться нашими внутренними замешательствами и попытаются отобрать у нас часть территории. Может быть, они иногда и будут иметь удачу, но потери наши… будут незначительными».

«Русский Нострадамус» предвидел и революцию, и гражданскую войну, и попытку интервентов растащить империю на части. Но это не всё. В канун 300-летия Дома Романовых генерал предрёк и трагический конец Николая II: «В порядке постепенности беззаветная любовь к правительству сменяется любовью и привязанностью к личности правителя. Эта последняя уступает своё место полному равнодушию. Далее следует уже ненависть сначала к личному составу правительства, а потом к правительству вообще, соединённые с непреодолимым желанием его уничтожить. Когда упадок бывает очень сильным, это чувство достигает своего высшего напряжения, и тогда редкий государь умирает собственной смертью, всё равно – хорош он или нехорош, виновен в чём-нибудь или нет. Ненависть в этом случае также дело инстинкта, а не разума, как любовь во время подъёма».

Рубежом между полувеками «железного века» (1912 – 2012 гг.) Мошков определил 1962 год. Почему? Только теперь мы осознали, что 1962-й мог стать из-за Карибского кризиса (установка советских ракет на Кубе и действия американской администрации) «последним годом истории».

И уж совсем не в бровь, а в глаз слова Мошкова о деградации морали, культуры и искусства к концу «железного века»: «Изучение наук сводится к бессмысленному зазубриванию мудрости прежних времён и к погоне за дипломами, дающими преимущество в борьбе за существование… В литературную область врываются в качестве чего-то нового декадентщина и порнография. Охота к чтению исчезает… У многих погоня за наслаждениями становится единственной целью жизни. Люди делаются падки до всякого рода игр, в особенности азартных, предаются пьянству, употреблению всевозможных наркотиков, кутежу и разврату. Честность у людей исчезает, ложь и обман становятся добродетелями… Офицеры теряют чувство чести, энергию и уважение солдат».

Напомню, это было написано в 1910 году, за три года до пика развития Российской империи (1913-й).

Второй том учёный завершил следующими словами: «Участь, которая предстоит русскому народу в ближайшем будущем, конечно, печальна и при наших современных знаниях совершенно неустранима, а потому лучше бы было совершенно не знать её. Но, к счастью, вместе с законами исторических циклов для нас открылась истинная причина вырождения и безошибочное средство к его устранению. В наших руках есть верное средство, уже испытанное и указываемое нам самой природой, обратить «железный век» в «золотой». Но об этом мы поговорим в отдельной книге, которая последует вскоре за настоящей».

Такая книга не появилась. В 1913 году Валентин Александрович Мошков подал прошение об отставке и был уволен со службы с производством в генерал-лейтенанты. Немногочисленные авторы, писавшие об этом удивительном человеке, считают, что после отставки его следы теряются. На самом же деле генерал Мошков, убедившись в точности своих прогнозов, в 1921 году эмигрировал в Болгарию, где и скончался в 1922 году в возрасте семидесяти лет.

До недавнего времени его имя находилось под гласным и негласным запретом. И я, сорок пять лет назад учившийся на историко-филологическом факультете Петрозаводского государственного университета и изучавший такие спецкурсы, как «Антропология и этнография» и «История Карелии», не могу похвастать тем, что слышал о Валентине Александровиче. Да и как можно было говорить о тяготах «железного века», когда с высоких трибун звучали совсем иные предсказания, к примеру, что к 1980 году мы построим коммунизм.

В ожидании века золотого

Если верить нашему Нострадамусу, с 2013 года начинается новый четырёхсотлетний цикл истории. И начинается он с «золотого века». Правда, его первая половина – до 2062 года – не самая лучшая. Но всё познаётся в сравнении. Ведь худшая половина века «золотого» должна быть лучше любой из худших половинок века «железного».

И вот как писал Мошков о грядущем подъёме в «золотом веке» русской истории (2062 – 2112 гг.): «Вражда между людьми исчезает и заменяется согласием, любовью, дружбой и уважением. Партии уже не имеют никакого смысла и потому прекращают своё существование. Междоусобия, бунты, восстания и революции отходят в область преданий, так как человек подъёма миролюбив и не стремится к власти… Чужое имущество начинает пользоваться таким же уважением, как и его хозяин… В науке народ спешит догнать своих цивилизованных соседей, от которых сильно отставал во время упадка… Злоупотребления власти прекращаются. Чиновники делаются честными. Дети в это время любят и высоко чтут своих родителей. Армия реформируется и приобретает неоценимые качества. Человек держится веры своих отцов, видя в ней знамя своей национальности. Граждане страны связаны между собой общим патриотизмом, безграничной, безотчётной и инстинктивной любовью к общей родине…».